Президент Volvo Trucks: «Мы - часть российской экономики»

Volvo Trucks первой из европейских производителей грузовиков решилась на строительство полномасштабного завода в России. О том, почему шведы выбрали для строительства своего завода Калугу и почему не стали дожидаться, пока льготы промсборки будут распространены и на грузовую технику, корреспонденту РБК daily Юлии Карулиной рассказал президент и главный управляющий Volvo Trucks Стаффан Юфорс.

— Какое место занимает Россия в стратегии развития Volvo Trucks?

— Россия очень близка к Швеции. Отношения между нашими странами продолжаются уже несколько веков и у нас во многом схожая культура. В 1973 году мы начали импортировать грузовики в СССР, и у нас была возможность постепенно выстроить здесь свой бизнес и получить представление о местном рынке. Можно сказать, что мы были в авангарде зарубежных брендов, пришедших в Россию. В 2000—2001 году мы приняли решение начать производство в Зеленограде. Но сейчас мощности этого завода не отвечают нашим потребностям. Поэтому мы и решили разместить свой новый завод в Калуге. Здесь будут производиться автомобили Volvo и Renault, а также Volkswagen. Кроме того, могут появиться и другие производители.


— Почему вы выбрали именно Калугу?

— Калуга расположена не так далеко от Москвы, но в то же время и не слишком близко. В городе достаточно развитая инфраструктура, а также хорошая система образования, так что мы и наши поставщики не столкнемся с проблемой поиска квалифицированных кадров. Кроме того, местные власти оказывают нам значительную поддержку. У Калуги есть четкий план развития, который предусматривает развитие города и с точки зрения промышленности, и с точки зрения жилья. Теперь мы тоже стали частью этого плана. Так что они поддерживают нас, а мы будем поддерживать правительство, как сможем. У нас взаимный интерес.


— Объявив о планах построить завод, Volvo намеревалась провести переговоры с федеральным правительством о получении режима промсборки. Вам это удалось?

— Постановление правительства №166 предназначено для производства легковых автомобилей. Для того чтобы изменить это постановление и адаптировать его под грузовые автомобили, нужно проделать большую работу, на которую может уйти несколько лет. Мы сейчас обсуждаем с правительством другие способы стимулирования производства. Как уже сказал губернатор [Калужской области Анатолий Артамонов], ситуация, при которой выгоднее импортировать грузовики или компьютеры, нежели собирать их в России, несправедлива. Мы часть местной экономики, мы продаем здесь большое количество техники и хотим производить большое количество грузовиков в России. Volvo хочет работать с местными поставщиками комплектующих. Наши планы и задачи рассчитаны на большую перспективу.


— То есть, принимая решение о строительстве большого завода, вы не рассчитывали на те льготы, которые получили производители легковых авто?

— Нет, мы не шантажисты. Мы не ставим условия вроде «мы сделаем это, только если вы сделаете то». Мы доверяем. Для нас достаточно интересно и прибыльно производить грузовики даже без льгот, но если правительство предоставит льготный режим для грузовиков, мы будем очень рады этому. Но мы ожидаем, что правила изменятся.

— Объем инвестиций в новый завод — 100 млн евро — не так уж велик, если сравнить его с планами других компаний. Вы планируете увеличивать объем в будущем?

— 100 млн евро — это большие инвестиции даже для Volvo. Мы начнем со сборки. После этого мы, может быть, построим окрасочный цех и сборку кабин. И после этого мы будем снова инвестировать. Землю для этого мы уже подготовили.


— На заводе в Калуге планируется производить 15 тыс. грузовиков в год. Вы собираетесь в дальнейшем увеличивать мощности?

— Пока мы не можем назвать конкретных показателей, все будет сильно зависеть от того, как будет развиваться рынок. Конечно, мы хотим иметь на российском рынке значительную долю.

— Что вы собираетесь делать с заводом в Зеленограде? Вам он все еще нужен?

— Это совместное предприятие, и мы сейчас выкупаем долю у нашего партнера. Я не могу назвать параметры и сроки, но мы заплатим честную рыночную цену. Завод продолжит работать как минимум еще два года. Позже мы подумаем, что делать дальше.

— На калужском заводе также планируется выпускать экскаваторы. Каков запланированный объем производства?

— Я не могу назвать параметры, потому что это другая компания. Volvo Construction Equipment тоже заинтересована в развитии присутствия в России. И раз Volvo и Renault организовывают производство здесь, они захотели к нам присоединиться.

— В Калуге достраивает свой завод Volkswagen. Ожидаете ли вы какого-то синергетического эффекта от присутствия этого концерна рядом с вами?

— У нас есть много общих поставщиков. Это касается коробок передач и множества других видов компонентов, в частности электронных.

— Вы говорили о готовности на первом этапе локализовать порядка 20% производства. Какие компании-поставщики могут прийти за вами в Россию?

— Мы уже сотрудничаем с российскими производителями надстроек, которые будут организовывать производство в Калуге и инвестировать в него. Это очень хорошее начало. Мы ведь сейчас сидим в чистом поле (смеется). У нас есть глобальные партнеры, производители комплектующих, и многие из них заинтересованы в том, чтобы инвестировать в производство здесь, но пока я не могу никого назвать, так как еще ничего не решено.

— Вы не боитесь, что в Калуге и области не найдется достаточно людей, чтобы работать на двух автозаводах и на множестве заводов поставщиков?

— Если бы мы опасались этого, нам пришлось бы очень часто бояться (смеется). Если проблема с рабочей силой возникнет, мы будем над этим работать. Но те планы развития Калуги, которые я видел, говорят, что город будет расширяться и сюда потянутся современные компании. Я думаю, это будет привлекать людей. Даже из Москвы. Возможно, они захотят более простой жизни, чем жизнь в большом городе. Обычно у нас не возникает проблем с людьми на наших заводах. Работать на Volvo довольно престижно.

— Продажи Volvo Trucks в России и Европе сейчас растут, но при этом у вас наблюдается падение продаж в Северной Америке. В чем причина?

— У нас действительно очень хорошие продажи по всему миру, кроме Северной Америки. Причина заключается в том, что в прошлом году в США был всплеск продаж. Покупатели готовились к введению новых, более жестких экологических требований, что должно было привести к увеличению цены, поэтому многие закупали впрок. Так что снижение во многом объясняется этим. Мы не знаем, какая ситуация сложится на рынке, когда эффект от этих предварительных закупок сойдет на нет. Но у нас хорошие клиентские базы в Северной Америке. И мы увеличиваем мощность нашего производства в США на 50%. Так что мы ожидаем, что спрос будет расти. Но с Северной Америкой никогда точно не знаешь. Это особенный рынок.

— Почему?

— В Европе бизнес-циклы развиваются по синусоиде. А в Америке — тоже по синусоиде, но при этом взлеты и падения гораздо больше. Иногда ты не успеваешь заметить поворотную точку (смеется).

— А в России?

— В России стабильный рост.

— А в Китае?

— Китай — очень сложный рынок для западных компаний, который хотят выйти на этот рынок. Чтобы стать игроком в Китае, надо купить китайского производителя грузовиков. Иначе невозможно построить там бизнес.

— Вы планируете кого-нибудь там покупать?

— Мы пока не знаем. Мы ведем переговоры с DongFeng.

— А в Индии и Бразилии?

— Бразилия очень нам интересна. А что касается Индии, то наши грузовики сделаны для хороших продуманных логистических схем, высокой средней скорости, высокой надежности, кратких сроков ожидания грузов. И покупка грузовика Volvo — это серьезные инвестиции. А в Индии дорожное движение очень медленное, у них нет никаких выстроенных логистических схем, грузовики дешевые, они могут сидеть и ждать груза три или четыре дня.

— Вы намрены продавать грузовики Nissan Diesel в России?

— Пока мы не приняли решения об этом.

— После того как вы начнете производство здесь, собирается ли Volvo закрывать какие-то свои заводы в Европе?

— Нет. Мы наращиваем наши мощности, потому что продажи идут хорошо. Новый завод станет частью нашей глобальной системы производства. У нас 16 заводов по всему миру. И если спрос в России будет недостаточно высок, мы будем экспортировать грузовики отсюда в другие регионы. Например, сегодня мы экспортируем грузовики из Южной Америки на другие континенты.


Volvo Group — шведский производитель грузовиков, автобусов, строительной техники, аэрокосмического оборудования и др. Включает в себя Volvo Trucks и Renault Trucks. В 2006 году в России было продано 2500 грузовиков Volvo и 533 грузовика Renault. Завод Volvo Trucks в Зеленограде — «ВТС-Зеленоград» по итогам этого года должен выпустить 500 грузовиков. В октябре началось строительство завода в Калужской области. Объем инвестиций составляет 100 млн евро. На заводе планируется собирать 10 тыс. грузовиков Volvo и 5 тыс. грузовиков Renault в год. Завод должен заработать с конца 2009 года.

Источник: "RBC Daily"


15 ноября, 2007

Соглашение на использование cookie
Мы используем cookie-файлы для предоставления вам наиболее актуальной информации. Продолжая использовать сайт, Вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.